О жизни, творчестве и профессиональном пути Мухтара Ауэзова написано немало. Исследователи подробно изучали его литературное наследие, научную деятельность, карьеру и личную жизнь. Однако отдельной страницей его биографии остаётся история автомобилей, которыми пользовался писатель, передает МойГород со ссылкой на материал Tengri Auto, созданный совместно с Республиканским автомобильным журналом QAZ-Auto.
История автомобилей писателя началась с неудачной попытки приобрести «Победу», продолжилась покупкой престижного «ЗИМа» и завершилась «Волгой», которая стала последним автомобилем Мухтара Омархановича.
Первая попытка купить автомобиль
Изучение жизни и творчества Абая Кунанбаева стало одной из важнейших частей биографии Мухтара Ауэзова. Писатель много времени уделял исследованию наследия великого казахского поэта, а такая работа требовала не только огромного количества сил, но и постоянных поездок.
Именно поэтому в 1947 году Ауэзов решил приобрести собственный автомобиль. В то время выбор для советского покупателя был крайне ограниченным. Фактически приобрести можно было одну из двух отечественных моделей: малолитражный «Москвич-400» или автомобиль среднего класса ГАЗ-М20 «Победа».
«Москвич-400» к моменту начала производства уже считался устаревшей моделью, поскольку представлял собой копию довоенного Opel Kadett. А вот «Победа», напротив, по меркам конца 1940-х годов была достаточно современным автомобилем и могла конкурировать с целым рядом европейских машин своего класса.
Автомобиль быстро приобрёл популярность и стал одним из наиболее узнаваемых символов послевоенной эпохи. «Победа» появлялась в кино, становилась героиней анекдотов и породила множество легенд.
Одной из самых известных была история о том, что первоначально автомобиль якобы хотели назвать «Родиной». Согласно этой легенде, во время осмотра опытного образца Иосиф Сталин спросил: «И за сколько будете продавать Родину?». После этого название якобы изменили на «Победу».
Однако к истории Мухтара Ауэзова эта легенда отношения не имеет. Писатель действительно выбрал именно «Победу» как наиболее подходящий из доступных ему вариантов.
Для покупки автомобиля на завод в Горьком были направлены 16 тысяч рублей и документ, подтверждавший отсутствие препятствий для продажи машины Ауэзову. Дальше оставалось дождаться окончания производства, приобрести билеты, отправиться на завод и самостоятельно перегнать автомобиль в Казахстан. В те годы другого способа получить машину непосредственно с завода практически не существовало.
Однако планы писателя неожиданно нарушила денежная реформа 1947 года.
Денежная реформа сорвала покупку
В декабре 1947 года в Советском Союзе была проведена первая послевоенная денежная реформа. Гражданам дали 14 дней на обмен старых денег на купюры нового образца.
При этом условия обмена зависели от суммы. До трех тысяч рублей деньги менялись один к одному. Если сумма составляла от трех до десяти тысяч рублей, на каждые три старых рубля выдавали два новых. Суммы свыше десяти тысяч рублей обменивались уже по курсу один новый рубль за три старых.
При этом цены в стране не изменились.
Деньги Ауэзова в этот момент уже находились на автомобильном заводе, однако автомобиль ещё не был готов. В результате реформы значительная часть суммы фактически обесценилась. Денег, которые должны были превратиться в новую «Победу», теперь для покупки машины не хватало.
В итоге средства были возвращены бухгалтерией завода в Казахстан, а покупку автомобиля пришлось отложить.
«Победа» всё-таки появилась у писателя
Следующей возможности приобрести машину Ауэзову пришлось ждать около двух лет.
За это время в его жизни произошло важное событие. В 1948 году писатель получил Сталинскую премию первой степени за роман «Абай». Награда составляла огромную по тем временам сумму — 100 тысяч рублей.
К тому моменту Ауэзов уже был доктором филологических наук, профессором и академиком. Его произведение получило широкую известность в Советском Союзе, переводилось на другие языки, а сам писатель стал одной из наиболее известных фигур казахской литературы.
Возможность наконец осуществить давнюю мечту появилась в 1949 году.
На этот раз Ауэзов приобрёл новую «Победу» бежевого цвета с регистрационным номером «ШВ 50-43». Причём ехать за автомобилем в Горький уже не требовалось: к тому времени в Алма-Ате открылся первый автомагазин.
Автомобиль, который достался писателю, был также более совершенной версией «Победы». В 1948 году модель прошла серьёзную модернизацию. Конструкторы устранили ряд технических недостатков первых машин, сделали автомобиль более надёжным и удобным в эксплуатации.
В числе нововведений появился отопитель салона. Для современных автомобилистов это кажется само собой разумеющимся, однако ранние версии «Победы» такого оборудования не имели.
Второй автомобиль — престижный «ЗИМ»
Жизнь Мухтара Ауэзова в начале 1950-х годов нельзя назвать спокойной. Несмотря на литературное признание, вокруг писателя сохранялось напряжение. Его успех вызывал недовольство и зависть, а образ жизни заметно отличался от того, который могли позволить себе многие окружающие.
В 1952 году против Ауэзова была опубликована обвинительная статья в газете «Правда». После этого он лишился работы в университете и своих званий. Возникла угроза ареста, однако писателю удалось покинуть Казахстан.
Следующие два года Ауэзов провёл в Москве. Там он продолжил работу над главным литературным произведением. Ситуация изменилась после смерти Сталина и ареста Берии. В 1954 году Ауэзов вернулся на родину, был восстановлен в прежних должностях и избран депутатом Верховного Совета республики.
Спустя два года писатель решил приобрести ещё один автомобиль, при этом «Победу» продавать не стал.
В 1956 году его выбор пал на ГАЗ-М12 «ЗИМ» — престижную машину, которая долгое время находилась в автомагазине Алма-Аты и не могла найти покупателя.
Почему никто не хотел покупать «ЗИМ»
По статусу «ЗИМ» находился всего на одну ступень ниже правительственного «ЗИС». На таких автомобилях передвигались секретари обкомов, генералы и руководители крупных предприятий.
При этом небольшую партию ГАЗ-М12 всё же решили выпускать для розничной продажи. Таким образом, «ЗИМ» стал единственным советским автомобилем премиального класса, который официально можно было приобрести частному лицу.
Правда, цена соответствовала статусу автомобиля. При средней заработной плате в стране в 450–600 рублей «ЗИМ» стоил 40 тысяч рублей. За эти деньги в середине 1950-х годов можно было приобрести две «Победы» и один «Москвич».
Возникает вопрос: почему автомобиль с такими характеристиками так долго стоял в магазине?
Причина была не только в цене.
После сталинских репрессий страх перед возможными последствиями сохранялся даже в относительно спокойный период хрущёвской оттепели. Владение настолько дорогим и заметным автомобилем могло вызвать пересуды и ненужное внимание.
В Казахстане были и другие состоятельные учёные и академики, которые могли позволить себе такую покупку. Однако далеко не каждый был готов демонстрировать своё благосостояние подобным образом.
Ауэзов, судя по всему, прекрасно понимал возможные риски. Тем не менее он решился приобрести автомобиль. Возможно, после пережитых за предыдущие десятилетия событий страх перед подобными вещами уже не имел для него прежнего значения. Впереди оставалось ещё много работы, несмотря на то что большая часть жизни уже была позади.
Последним автомобилем стала «Волга»
В 1958 году имя Мухтара Ауэзова вновь оказалось в центре общественного внимания. Во время казахской декады в Москве его роман-эпопея «Путь Абая» был одним из главных произведений, представленных публике. Рядом с ним упоминалась книга Бауыржана Момышулы «За нами Москва».
В следующем году Ауэзов получил ещё одну высшую государственную награду — Ленинскую премию первой степени. Его вновь избрали депутатом, а в 1960 году писатель вошёл в состав делегации советских литераторов, посетивших США.
После возвращения из поездки Ауэзов начал работать над циклом очерков «Американские впечатления». Возможно, поездка за океан повлияла и на его отношение к автомобилям.
В 1950–1960-е годы американская автомобильная промышленность переживала расцвет. В США выпускались большие, мощные и комфортабельные автомобили. Во время поездки Ауэзов видел Cadillac, Imperial и Plymouth и, вероятно, мог оценить их возможности.
В Советском Союзе в это время выпускались ЗИЛ-111 и «Чайка». По уровню дизайна и мощности они могли конкурировать с зарубежными моделями, однако купить их обычному гражданину было невозможно. Для свободной продажи самым престижным вариантом оставалась «Волга» ГАЗ-21.
Эта модель отличалась современным по тем временам европейским дизайном, просторным салоном и качественной отделкой. Автомобиль оснащался достаточно мощным двигателем, а за дополнительную плату его можно было оборудовать автоматической коробкой передач.
Выбор Ауэзова снова оказался очевидным.
Последняя машина Мухтара Ауэзова
В гараже писателя появилась чёрная «Волга» ГАЗ-М21И с регистрационным номером «ШД 73-39». Место для неё освободила ранее проданная «Победа».
При этом «ЗИМ» остался в семье. Его регистрационный номер был «ШД 30-90».
«Волга» Ауэзова относилась ко второй серии ГАЗ-21. Всего существовало три серии этой модели. От первой версии автомобиль отличался внешними элементами: изменённой решёткой радиатора, другими бамперами и задними плафонами. В техническом отношении вторая серия также была более совершенной.
Однако долго пользоваться новой машиной писателю не пришлось.
27 июня 1961 года Мухтар Омарханович Ауэзов скончался. Ему было 63 года.
Уже на следующий день тысячи людей пришли на площадь театра оперы и балета имени Абая, чтобы проститься с писателем, драматургом и учёным. Люди также выстроились вдоль улиц, по которым двигалась траурная процессия.
В ней участвовали сотни автомобилей. Впереди процессии ехала именно та самая чёрная «Волга» — последний автомобиль Мухтара Ауэзова.
У Ауэзова была ещё одна машина
В семейном архиве Ауэзовых сохранилась фотография, которая добавила ещё одну страницу в историю автомобилей писателя.
На снимке Мухтар Ауэзов стоит вместе с членами семьи рядом с ГАЗ-М1 — довоенным автомобилем, который в народе получил название «эмка».
По информации, полученной от родственников писателя, эта машина находилась в семье Ауэзовых с 1947 по 1949 год.
При этом достоверно установить, принадлежала ли «эмка» самому Ауэзову или была предоставлена Союзом писателей в качестве служебного автомобиля, не удалось. Подтверждений или опровержений ни одной из версий нет.
Можно лишь предположить, что после неудачной попытки приобрести новую «Победу» в 1947 году писатель мог решить временно приобрести подержанный автомобиль.
В те годы покупка бывшей в употреблении машины не была распространённой практикой, однако для отдельных людей могли делаться исключения. Кроме того, именно в тот период государственные учреждения постепенно заменяли устаревшие ГАЗ-М1 на более современные «Победы». Теоретически это могло дать возможность выкупить списанный автомобиль.
Что стало с автомобилями после смерти писателя
Сам Мухтар Ауэзов никогда не управлял автомобилями самостоятельно. Он пользовался услугами водителя, который продолжил работать в семье и после смерти писателя.
В основном водителю приходилось возить членов семьи на «ЗИМе». На чёрной «Волге» ездил сын писателя Эрнар Ауэзов.
История «ЗИМа» завершилась необычным и трагическим происшествием.
Однажды во время технического обслуживания водитель поставил автомобиль на стояночный тормоз перед гаражом, а сам спустился в смотровую яму. Однако примерно через полминуты машина неожиданно покатилась внутрь гаража и одним боком провалилась в яму, прижав находившегося там водителя.
Мужчина получил тяжёлые травмы и в результате стал инвалидом.
Сам автомобиль также серьёзно пострадал и потребовал масштабного ремонта. После восстановления «ЗИМ» решили продать.
«Волга» оставалась в семье Ауэзовых дольше. Примерно до середины 1970-х годов на ней продолжали ездить, после чего автомобиль также был продан.
Так завершилась история машин, которыми в разные годы владела семья одного из крупнейших казахских писателей XX века. От первой неудачной попытки приобрести «Победу» до престижного «ЗИМа» и последней «Волги» автомобили стали своеобразной частью личной истории Мухтара Ауэзова и эпохи, в которой он жил.
