Казахстан формирует собственную экономическую модель для развития металлургии в условиях глобальной неопределенности. Министерство промышленности и строительства РК утвердило новую методику определения тарифа на переработку медного концентрата. О том, почему принятие собственных правил расчета стало своевременным шагом для привлекательности отрасли и строительства новых медеплавильных заводов, рассказал экономический обозреватель Юрий Масанов.
Итак, в Казахстане приняли новые правила переработки меди – на фоне глобальной неопределенности. Почему это важно для нас?
Ранее я писал целую серию постов про развитие медной промышленности в нашей стране, где среди прочего речь шла о затратах на переработку.
И вот, сегодня Минпромышленности сообщило о принятии методики определения тарифа на переработку медного концентрата (ссылка вот - https://www.gov.kz/.../press/press-releases/details/20782...). Решение принимают на фоне серьезных изменений на глобальном рынке меди – и тут история не только о колебаниях цен на металл, но также и про пересмотр механизмов ценообразования на его переработку.
Быстро напомню: в этом году годовой ориентир платы за переработку медного концентрата впервые опустился до нуля, а спотовые ставки ушли и вовсе в отрицательную зону. Теперь участники рынка обсуждают переход к индексным и гибридным механизмам ценообразования в контрактах на 2027 год.
Неопределенности добавляют и противоречивые прогнозы. Полазил в интернете и увидел, например, что швейцарский инвестбанк UBS ожидает дефицита меди и дальнейшего роста цен, тогда как Международная исследовательская группа по меди прогнозирует профицит рафинированного металла в 2027 году.
При этом проблемы уже возникают у самих переработчиков. Буквально 19 октября южнокорейская LS MnM сообщила о возможной корректировке закупок концентрата и объемов производства из-за неблагоприятных условий переработки.
В итоге мы видим картину, где медь остается дорогой, мировая отрасль пересматривает принципы ценообразования, а металлургические предприятия вынуждены адаптироваться к новым условиям. И на таком фоне Казахстан утверждает собственные правила расчета стоимости переработки меди.
Разберем теперь глубже вопрос. Здесь (https://www.facebook.com/share/p/1E2zprqX2k/) я подробно писал о природе мировых Treatment Charges и том, почему нулевые ставки не означают отсутствия производственных затрат.
Сейчас важно другое. Казахстану предстоит развивать собственную металлургию в условиях, когда международная конъюнктура меняется быстрее, чем реализуются крупные промышленные проекты.
У нас есть действующие заводы, которым нужна модернизация, и планы строительства новых мощностей. Причем инвестиции в такие проекты измеряются сотнями миллиардов тенге, а сроки их окупаемости – десятилетиями.
Поэтому, по-моему, вполне логично, что государство формирует собственный механизм определения стоимости переработки, учитывающий не только текущую ситуацию на мировом рынке, но и долгосрочные потребности отечественной промышленности.
Принятая методика предполагает покрытие предприятиями плановых затрат, объективность и прозрачность расчетов, единообразие применения и достоверность исходных данных. То есть будут учитываться экономически обоснованные затраты, нормативная прибыль и инвестиционная составляющая.
Такой подход создает более понятную основу для планирования производственной деятельности и капитальных вложений.
И здесь принципиально важно, что речь идет не об отказе от рыночных механизмов. Казахстан остается частью мировой медной промышленности, а производители концентрата и переработчики продолжают зависеть от международных цен и спроса. Но собственная промышленная политика не обязана ограничиваться воспроизведением текущих международных ставок. Особенно когда сама мировая система контрактного ценообразования находится в процессе изменений.
Также в предыдущих своих публикациях я рассматривал потенциал развития отечественной медной промышленности. Казахстан располагает значительной сырьевой базой, однако расширение металлургических мощностей долгое время отставало от развития добычи.
Сейчас ситуация постепенно меняется. Планируется строительство двух новых медеплавильных заводов мощностью по 300 тысяч тонн катодной меди ежегодно. Параллельно продолжается модернизация действующих предприятий.
И принятие новой методики, на мой взгляд, хорошо вписывается в эту последовательность. Нам недостаточно просто объявить о строительстве новых производств: для их реализации нужна понятная экономика, позволяющая привлекать частные инвестиции и рассчитывать на возврат вложенного капитала.
Поэтому я бы рассматривал новые правила как важный элемент формирования долгосрочной инвестиционной среды в металлургии. Особенно на фоне того, что зарубежные предприятия уже сталкиваются с необходимостью сокращать загрузку или пересматривать свои производственные планы из-за неблагоприятных условий переработки.
Еще раз повторюсь: Казахстану нужно и важно не только сохранить существующую металлургическую базу, но и создать возможности для ее дальнейшего расширения. И принятие методики в этом плане, на мой взгляд, – это своевременный и последовательный шаг в этом направлении. Мировой рынок еще не раз изменится, но развитие собственной промышленности требует решений уже сегодня.
И хорошо, что Казахстан переходит от многолетнего обсуждения необходимости новых переделов к формированию конкретных экономических условий для их развития.
