19 февраля в Уральске открылся первый Учебно-производственный комбинат (УПК) для подростков и взрослых с особенностями развития. Он работает на базе Технологического колледжа «Сервис». В УПК обучаются 10 подростков 14–19 лет с аутизмом, лёгкой умственной отсталостью и другими ментальными нарушениями. Они осваивают специальность «Декоратор одежды и аксессуаров». Курс длится 6 месяцев, по окончании выдают свидетельство государственного образца.
Проект запустил Общественный фонд «Bolashak Charity» при поддержке колледжа и родителей.
УПК — это проект по профобучению, развитию практических навыков, социализации и помощи в трудоустройстве людей с особыми потребностями. Фонд реализует его с 2024 года. Сейчас УПК работают в Астане, Караганде и Уральске. Обучение прошли более 100 подростков и взрослых с ментальными особенностями.
В открытии приняли участие ученики, родители, специалисты, представители фонда, предприниматели, меценаты и журналисты.
Руководитель социальных и инклюзивных программ ОФ «Bolashak Charity» Самал Албилекова рассказала немного о фонде.
— Общественному фонду «Bolashak Charity» в этом году исполняется 15 лет. За это время фонд развивал инклюзивное образование и поддержку детей с особенностями по всему Казахстану. Он открыл кабинеты поддержки инклюзии в 24 городах страны. Первые ученики с аутизмом и другими особенностями развития уже заканчивают школу.
Родители обратились в фонд с вопросом, что делать дальше и какие возможности есть для их детей. В ответ два года назад фонд запустил проект «Учебно-производственные комбинаты» для подростков и взрослых с аутизмом и другими ментальными особенностями.
УПК открывают на базе колледжей по разным направлениям: кондитерское и швейное дело, пекарское и поварское дело, декоративное ремесло. В проекте участвуют старшеклассники с особенностями развития и выпускники школ, которые по разным причинам не смогли продолжить обучение или устроиться на работу, — рассказала Самал Албилекова.
Проект — это не только обучение, но и возможность общаться и работать в группе — для многих это редкий шанс выйти из дома и почувствовать себя частью коллектива.
— Родители отмечают, что за два года у детей заметно выросли бытовые навыки. Они начали помогать по дому, готовить, убираться, шить, появился интерес к работе и самостоятельности. Фонд сопровождает участников и после обучения — помогает с трудоустройством, — отмечает Самал Албилекова.
Руководитель социальных и инклюзивных программ ОФ «Bolashak Charity» говорит, что среди выпускников есть те, кто поступил в колледжи и стал студентом, кто прошёл стажировку на предприятиях и кто уже официально трудоустроен.
Фонд сотрудничает с работодателями: помогает подготовить коллективы к работе с людьми с особенностями и поддерживает родителей при выборе места работы для ребёнка.
В Уральске сейчас занимаются подростки и выпускники школ, но когда-то они начинали с кабинетов поддержки инклюзии и теперь продолжают обучение в проекте.
Заведующая центром компетенций Технологического колледжа «Сервис» Дарига Жаналиева отметила, что они понимали, что это новый опыт, но его нужно было с чего-то начать.
— Мы обсудили, какую специальность им предложить, и решили начать с профессии «декоратор одежды и аксессуаров». Фонд передал нам характеристики каждого будущего студента. Мастера производственного обучения заранее познакомились с ребятами и подготовились к работе. Мы разработали для них отдельную учебную программу с упором на базовые навыки: сначала учились держать иголку, работать с клеем и карандашом, развивали мелкую моторику. Закупили материалы, в том числе наборы цветной бумаги. Первые занятия были адаптационными: ребята присматривались к нам, привыкали к мастерским. Уже через месяц они самостоятельно приходят на занятия два раза в неделю — по вторникам и четвергам. За каждым мастером закреплены по два студента, чтобы можно было уделить внимание каждому. Сейчас с учениками работают пять мастеров, — рассказывает Дарига Жаналиева.
По её словам, обучение в колледже для детей с ментальными нарушениями проходит поэтапно: сначала развитие моторики, затем — украшение шопперов, бисероплетение, макраме. Наша цель — помочь им адаптироваться, освоить профессию и в дальнейшем трудоустроиться.
— Ребята приходят на занятия с интересом — пропусков пока не было. Сейчас уроки длятся по два часа. Помимо мастера с группой работает преподаватель, но с апреля планируем оставить занятия только с мастерами, чтобы студенты стали более самостоятельными и чувствовали ответственность за свою работу, — подытожила заведующая центра компетенции колледжа.
Следующий спикер — Екатерина Таженова, она мама особенного ребёнка и также является куратором фонда «Bolashak Charity».
— УПК играет большую роль в жизни наших учеников. Для одних это шаг между школой и колледжем: здесь они могут получить базовые профессиональные навыки, окрепнуть, поверить в себя и затем продолжить обучение. Для других — тех, кто получит аттестат иного образца и не сможет поступить в колледж, потому что система пока не даёт такой возможности, УПК становится реальным шансом. Здесь они осваивают рабочие навыки и учатся быть самостоятельными. В наше время особенно важно, чтобы ребёнок мог что-то создавать своими руками, реализовывать себя, чувствовать свою ценность. Когда у него появляется дело, которое получается, меняется не только его жизнь — становится легче и семье. Это уникальный и очень нужный проект. Он важен для каждого из нас, — отметила Екатерина Таженова
Ещё одна героиня, мама особенного ребёнка Светлана Иргалиева прошла большой путь. Она бросила любимую работу, оставила тихую сельскую жизнь и перебралась в город, чтобы хоть как-то помочь своему сыну.
— Я работала преподавателем в школе по специальности «Организация питания» у поваров и кондитеров. Родился ребенок, развивался как обычно, было все нормально. Потом, со временем, мы стали замечать, что он перестал нас слышать, говорить, понимать. В течение полугода, после АКДС (адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина, защищающая детей от коклюша, дифтерии и столбняка — прим.автора), ушли все приобретенные навыки. То есть он стал совершенно «нулевым». В два года и десять месяцев мы начали лечение микротоками в Самаре, конечно увидели результат, но до конца не смогли пройти курс, потому что я работала. Потом приезжали все лето в ПМПК в Уральске, где занимались бесплатно. Потом приезжали в «Асыл Мирас». Но каждый раз, когда возвращались в посёлок, навыки терялись. В один момент пришлось все бросить и переехать в город. Нам очень повезло, мы попали в СОШ №21, именно в КПИ (кабинет поддержки инклюзии — прим. автора) класс. Сейчас мы посещаем школу и надеемся, что ребёнок когда-нибудь тоже станет студентом и будет заниматься, — поделилась Светлана.
Сейчас женщина не работает, в силу того, что ребёнок ещё только в первом классе и его невозможно оставить одного. Она берёт только временные подработки.
— Когда я только столкнулась с диагнозом, я сама бы была не готова к этому. У каждого родителя с особенным ребёнком уходит примерно три года, чтобы просто принять диагноз. Ночами плачешь, смотришь всё время интернет, читаешь про аутизм и просто не хочется жить. На просторах интернета предлагают различные лечения, на самом деле лечения от аутизма нет. Но, как и все, мы бросаемся из одной крайности, в другую. То микротоки, то «супер-пилюли», то диеты. Потому что если этого не попробовать, то не можем простить этого. Ведь надежда живёт в каждом из нас, вдруг что-то поможет, вдруг станет легче. И так все мамы особенных детей проходят один и тот же путь, сначала плачут, потом проходят якобы все виды лечений, потом приходят к поведенческому анализу. То, чем сейчас занимается КПИ «Bolashak». Это коррекция поведения, к этому приходят абсолютно все. После принятия диагноза, начинаешь двигаться в направлении хотя бы сохранить навыки и развивать дальше ребёнка. Каждый из нас пытается найти сильную сторону своего ребёнка, и каждый работает над этим. В КПИ научили нас работать визуально. У многих детей с ментальными нарушениями сохранен визуальный канал, то есть если даже они говорить не могут, но зрительно воспринимают очень хорошо. Условно, если прийти в гости с ребёнком и ему понравится какая-то вещь, то спустя долгое время он придет в этот дом и вспомнит эту вещь и где она находилась. Визуальная память работает отлично, на это делают акцент и только через него вытаскивают все остальные навыки, — рассказала мама особенного ребёнка.
Женщина отметила, что проходила курсы для мам особенных детей и только с их помощью научилась общаться.
— Прошло два года, а это нам очень помогло в общении со своим собственным ребенком. Я очень надеюсь, что эта система заработает и сохранится. Потому что мы все время думаем о будущем наших детей. Мы все вместе, в одной лодке и нам важно, чтобы наши дети смогли полноценно жить. Для наших детей все дается не просто, но попытаться каждому стоит, — заключила Светлана Иргалиева.
